Многие промышленно развитые страны, сознавая угрозу для своих информационных ресурсов, отказываются от использования импортных программно-аппаратных средств и, несмотря на значительные затраты, разрабатывают собственные средства информатизации и даже собственные языки программирования. По такому пути уже пошли Германия, Франция, Великобритания; даже в Пентагоне в последние годы наблюдается рост применения собственного программного обеспечения в военных разработках.
В России увлеклись закупками импортного телекоммуникационного оборудования. При этом «Газпром» закупает его в одних странах, «Роснефть» и РЖД – в других, армия – в третьих. Хотя по всем нормам и правилам все средства связи на территории одной страны должны быть отечественными и должны обеспечивать информационную и техническую совместимость. Но при нынешнем положении дел в критический момент в России всю связь можно вырубить единовременно. И тому есть подтверждения.
Хрестоматийным примером может служить общее отключение электросвязи в Сербии в 1999 году накануне натовских бомбежек. В это же время краткосрочно прекратили свою работу и все АТС SI 2000, произведенные в Словении и установленные в европейской части России, приближенной к Балканскому региону.
Регистрировались отключения связи и в Ираке накануне нападения США, и в Цхинвали – перед нападением Грузии. В позапрошлом году странным образом исчезла фиксированная и мобильная связь в Дагестане за два часа до покушения на генерального прокурора этой республики.
С середины сентября 2008 года (т.е. еще до окончания грузино-южноосетинского конфликта) в газетах «Financial Times», «New York Times», «Washington Post» публикуются распечатки телефонных переговоров военных российской армии и южноосетинских ополченцев, которые велись и до начала боевых действий в Южной Осетии и в их процессе. Такие утечки информации в очередной раз свидетельствуют о ненадежности даже военной связи, построенной на импортном оборудовании.
14 февраля 2006 года в журнале «Компьютерра» был опубликован материал Киви Берда «Цепь случайных совпадений?», в котором подробно освещался телефонный скандал, разразившийся в Греции, где «неизвестные личности» осуществляли постоянный перехват разговоров премьер-министра Греции Костаса Караманлиса и пяти членов его кабинета. Все подслушиваемые телефоны работали в сети одного из крупнейших в стране провайдеров Vodafone Greece, дочернего предприятия британской компании Vodafone. Работала эта сеть на аппаратуре и программном обеспечении компании Ericsson, в которых и была обнаружена недокументированная «закладка» (тоже разработанная компанией Ericsson).
Еще один скандал связан со швейцарской компанией Crypto AG. Случайно вскрылось, что в программном обеспечении этой фирмы, которое она поставляла в ряд стран, присутствуют закладки, снижающие криптостойкость.
И такие случаи не единичны. Активное вмешательство разведывательных служб в использование телекоммуникационных сетей можно проиллюстрировать множеством примеров.
Уже документально установлено, что немецкий концерн Siemens в течение нескольких десятилетий сотрудничал с немецкой Федеральной службой разведки (BND). По некоторым данным, бывший член совета директоров Siemens Фолкер Юнг был ставленником BND.
Компания Siemens прослушивала телефонные разговоры во многих странах мира, включая Россию, а полученную информацию передавала в BND. Кроме того, немецкий концерн часто посылал своих инженеров туда, куда доступ спецслужбам был закрыт.
Наиболее ярким примером может служить серьезная утечка информации, составляющей коммерческую тайну, из центрального аппарата «Газпрома». Как впоследствии выяснила служба безопасности этого концерна, технически обеспечило эту утечку коммутационное оборудование фирмы Siemens, которым укомплектована сеть связи административного комплекса «Газпрома» в Москве.
Между тем, в России Siemens присутствует в 30 регионах страны. Численность сотрудников российского подразделения компании составляет около 3 тыс. человек, оборот только в 2006 финансовом году составил €1,2 млрд.
Даже зарубежные конкуренты концерна Siemens наивно делают вид, что удивляются его успеху в России. Так на выставке ВКСС-007 один из представителей компании Alcatel сказал: «Продукция Siemens по качеству никогда не отличалась от основных конкурентов, в том числе и российских, но у нее всегда был зеленый свет в России на всех уровнях – от высшего до глав «электросвязей» на местах». Хотя, надо полагать, этот представитель отлично знал, каким образом достигался успех концерна Siemens, который используется немецкой разведкой на территории России со времен Первой мировой войны и абвера. И если Alcatel, давая взятку, совершает сегодня лишь коммерческий подкуп и плодит взяточников, то Siemens на свои деньги всегда приобретал не только выгодные заказы, но и высокопоставленных агентов.
О том, что централизованные шпионские системы для тотального прослушивания и мониторинга коммуникационных сетей – это не только удобное, но и очень опасное оружие, чреватое злоупотреблениями, давно предупреждают многие видные эксперты по безопасности. Не секрет, что фирмы Израиля по давно сложившейся традиции имеют тесные связи с национальной разведкой и военными. Качественные системы фирм Amdocs и Comverse (известной отнюдь не только оборудованием прослушивания) тем временем продолжают внедрять все больше и больше стран, включая и Россию. Все подозрения о тайных «черных ходах» в израильской технике связи по сей день формально остаются лишь домыслами, поскольку ни одной закладки еще никто и нигде публично не продемонстрировал. Впрочем, никто их пока всерьез и не искал.
Оборудование Comverse/Verint для легального перехвата коммуникаций используют правоохранительные органы десятков стран, к примеру, Нидерланды. Голландцы получали первые предупреждения о «черном ходе» в израильской аппаратуре прослушивания еще в 1998 году. Позднее при более подробном разбирательстве стало известно, что между голландской спецслужбой перехвата LIO и разведкой AIVD с одной стороны и израильтянами с другой было заключено «джентльменское соглашение», согласно которому оборудование Comverse продается со значительной скидкой, но за это доступ к обслуживанию техники будут иметь только специалисты компании. О предоставлении исходных текстов программ речи не шло.
В итоге израильские специалисты получили постоянный доступ к аппаратуре прослушивания, причем все процедуры регулярного обслуживания (включая замену магнитооптических дисков) проходили исключительно с использованием национального языка Израиля (вплоть до специальных клавиатур на иврите). Короче говоря, голландцы не имели ни малейшего представления о том, что происходит при сервисных манипуляциях. При этом оплата израильского премиум-обслуживания обошлась гораздо дороже самого оборудования.
А что же в России?
Вся мобильная связь России построена на зарубежном оборудовании, а поэтому и находится (вместе со своим информационным содержимым) 100% под контролем «фирм-нерезидентов». Вот только один пример – ЧП на мобильной связи МТС, которое происходило с 31 октября по 2 ноября 2008 года на всем Северо-Западе России. А началось все в Санкт-Петербурге, где как-то странно повели себя все мобильные аппараты, которые вдруг начали заикаться, а на дисплеях немногих особо чувствительных телефонов стал появляться значок перевернутого ключа, разомкнутого замка или восклицательного знака. И только специалисты связи поняли, что это значит. Хотя сам оператор, МТС, так и не смог объяснить, почему у него само собой отключилось шифрование каналов связи, а значит, передаваемая по сети информация и переговоры абонентов стали на трое суток открытыми для «прослушки» и перехвата. Кто и как воздействовал на оборудование шифрования – осталось загадкой.
Крупнейший российский оператор ОАО «Связьинвест» все последние годы строил свои сети электросвязи на различном импортном оборудовании, среди которого были и словенско-немецкие платформы Iskratel, и немецкие – Siеmens, и канадские – Nortel, и шведские – Ericsson.
На оборудовании Iskratel строилась и продолжает строиться ведомственная сеть связи Таможенной службы России.
«Газпром» и большинство энергетических предприятий оставались и остаются верны концерну Siеmens. Правда, энергетики стали благосклонно относиться и к оборудованию шведской фирмы Ericsson.
ОАО «РЖД» строило свою общетехнологическую сеть связи на цифровых АТС SI 2000 (Iskratel). После принятия идеологии импортозамещения ОАО перешло на оборудование американской фирмы Avaya.
Иными словами, информационная безопасность Таможенной службы России под контролем Словении и Германии (Iskratel), за безопасностью российских предприятий энергетики и «Газпрома» следят Германия (Siеmens) и Швеция (Ericsson), за безаварийность железных дорог ОАО «РЖД» отвечают Словения, Германия (Iskratel) и США (Avaya), а общественную безопасность (МВД РФ) нам будут теперь гарантировать США и Франция (Alcatel).
И лишь Министерство обороны еще до недавнего времени проявляло в этом отношении принципиальность. Однако и здесь уже наметились негативные тенденции. Надолго ли хватит сил противостоять лоббированию интересов зарубежных производителей, сказать трудно. Так вопреки мнению преподавательского состава Санкт-Петербургской Военной академии связи им. С.М. Буденного, некоторые чиновники МО РФ потребовали перевести обучение слушателей академии на освоение цифровых АТС транснациональной (франко-американской) фирмы Alcatel. На этом же оборудовании по настоянию МО РФ сейчас строится и сеть связи самой Военной академии. Из чего можно сделать вывод, что эти же станции скоро появятся и во всех военных округах.
Между тем уже имеется прецедент неудачного запуска зарубежных станций в этой академии, когда пытались ввести в эксплуатацию платформу SI 2000. После того как станция была запущена и потребовалось ввести несколько дополнительных ее функций, продавцы заявили, что эти функции включаются только с разрешения головной фирмы Iskratel. То есть, проще говоря, для получения этих функций МО РФ должно было получить согласие НАТО.
На оборудовании Alcatel строится сегодня и ведомственная выделенная сеть связи всех территориальных подразделений МВД РФ. И лишь в двух не очень спокойных регионах связисты местных УВД отказались от импортной техники. Они слишком хорошо знают цену информационно безопасной связи. Поэтому Дальний Восток категорически отверг Alcatel, да и Чечня продолжает эксплуатировать и закупать только отечественное оборудование «Протон-ССС».
Нам и всему миру долго внушали мысль об отставании России «навсегда». Но вот парадокс: ни Iskratel, ни Huawei, ни Siеmens, ни Nortel, ни Ericsson, ни Avaya, ни Alcatel ни разу не предложили российским разработчикам и производителям цифровых АТС провести совместные стендовые испытания своей продукции. А не предложили потому, что знают – будут побиты и по цене, и по качеству, и по надежности, а главное – по информационной безопасности.
Как удается обойти запреты на использование зарубежной техники, объяснил технический директор ООО «Балтийские Телекоммуникационные Системы»: «Меня не удивляет, что на сети привязки Министерства обороны РФ при их модернизации поставляется аппаратура зарубежной разработки и производства. Требование использовать для этих целей только отечественную аппаратуру обходится очень легко: российская фирма-поставщик заключает с зарубежной фирмой Alcatel соглашение, и аппаратура, пересекая границу России и попадая в руки российских торговцев, формально получает статус «отечественной». Мало того, такую, произведенную за рубежом, аппаратуру поставляют даже с нашей военной приемкой».
Что же касается нашей обороноспособности, то здесь следует отметить, что МО РФ не имеет (как в других странах) собственной выделенной стационарной сети и арендует каналы связи у ОАО «Ростелеком». А сети связи «Ростелекома», осуществляющего дальнюю связь, во-первых, построены на том же оборудовании, что и ОАО «Связьинвест», и, во-вторых, полностью открыты для всего мирового сообщества. Поэтому франко-американское оборудование (Alcatel) во всех военных округах станет лишь небольшим дополнением к нашей информационной открытости и прозрачности.
Мы давно находимся под информационным колпаком, и предупреждение «Внимание, противник подслушивает!» – это уже не предостережение, встречающееся на старых телефонах, а объективная реальность. Их уши – в каждом доме, на каждом предприятии, в каждой воинской части.
Нельзя забывать, что связь – это не только комфортная услуга. Это еще и система автономного и автоматизированного управления боевыми действиями, это система обеспечения боя, с помощью которой осуществляется взаимодействие всех родов войск. Кстати, Цхинвали показал, что взаимодействия, к примеру, между наземными силами и воздушными у нас не существует. Поэтому и произошли такие потери.
В заключение хочется напомнить: допускать телекоммуникационный импорт на стратегические объекты и на сети связи силовых структур – преступление! Тех, кто не хочет думать о безопасности (в т.ч. информационной) и продолжает проталкивать импорт, можно сравнить разве что с кончеными наркоманами – знают, что приближают свой конец, но продолжают колоться.
Но остается еще надежда, что сегодня, когда так остро встал вопрос об обеспечении информационной безопасности России, вновь, как и полвека назад, вспомнится постулат о стратегической важности связи, которая является не только составной частью инфраструктуры общества, но и одним из основных рычагов управления государства и его силовых структур. И этот рычаг ни при каких обстоятельствах нельзя передавать в руки зарубежных «специалистов».
Об авторе:
Наговицын Александр Иванович,
полковник, кандидат военных наук
Михайловская военная артиллерийская академия МО РФ
[1] Нельзя не отметить, что этим наносится огромный урон не только стратегической безопасности, но и национальной экономике – ведь за наши государственные деньги развиваются не отечественные, а частные западные компании.
Свернуть статью